Mikhail Farcossà

"Speaking about Mikhail as a pianist comes naturally to me. I only need to compare him with the way I experience the piano myself, with the countless hours spent on the Preludes and Fugues, the Scherzo, the Transcendental Études. The contrast is immediate: his calmness in performance, his almost marble-like posture, the intensity of a profound present that I had never experienced before, set against my own slow and inadequate hands. A majestic chorale, an imperiously silent pianissimo. It is a comparison that simply cannot stand, not even when placing him alongside many internationally acclaimed pianists. To describe what I feel when I listen to him, my thoughts return to the words of one of Umberto Bindi’s unforgettable songs: Il nostro concerto. “Ovunque sei, se ascolterai, accanto a te mi troverai…” In those words I find the same intensity I hear in every note he plays: something impossible, unattainable, and yet capable of astonishing me every single time.That is how I would describe Mikhail: a breath that becomes a presence, a melody that enters the heart and continues to resonate, a storm that reminds us that study alone is not enough to reach that place. Because, at a certain point, breath itself disappears, and only the music remains. The real music."

Перевод с английского

"Говорить о Mikhail как о пианисте мне легко и естественно. Мне достаточно сравнить его с тем, как я переживаю фортепиано, с бесчисленными часами, проведёнными над Прелюдиями и фугами, Скерцо, Этюдами трансцендентного исполнения. Контраст мгновенный: его спокойствие во время исполнения, почти мраморная осанка, интенсивность глубокого настоящего, какого мне никогда прежде не доводилось переживать, — и мои собственные медленные, несовершенные руки. Величественный хорал, властно безмолвное пианиссимо. Такое сравнение просто не выдерживает никакой проверки, даже если поставить его рядом со многими пианистами мирового уровня. Чтобы описать, что я чувствую, когда слушаю его, мои мысли возвращаются к словам одной из незабываемых песен Umberto Bindi: Il nostro concerto. “Ovunque sei, se ascolterai, accanto a te mi troverai…” В этих словах я нахожу ту же интенсивность, что слышу в каждой ноте, которую он играет: нечто невозможное, недостижимое и всё же способное каждый раз меня изумлять. Вот как я могу описать Mikhail: дыхание, которое становится присутствием, мелодия, которая входит в сердце и продолжает звучать, буря, которая напоминает нам, что одних лишь занятий недостаточно, чтобы достичь этого места. Потому что в какой-то момент исчезает само дыхание и остаётся только музыка. Настоящая музыка."

"I know nothing about classical music, but watching Mikhail play is completely hypnotic. He brings a mix of power and delicacy to the piano that leaves a complete outsider like me speechless. I don’t know how to judge technique or interpret a score, but I know when something makes me stop scrolling, forget everything else, and just watch. That’s exactly what happens every time I hear him play. It doesn’t feel distant or old fashioned the way I always imagined classical music would. It feels alive, intense, and surprisingly emotional. If someone like me, who has never really listened to this kind of music, can be drawn in so easily, I think that says a lot about the kind of artist he is."

Перевод с английского

"Я ничего не понимаю в классической музыке, но смотреть, как играет Mikhail, совершенно завораживает. Он привносит в игру на фортепиано сочетание силы и деликатности, которое лишает дара речи полного профана вроде меня. Я не умею оценивать технику или интерпретировать партитуру, но я знаю, когда что-то заставляет меня перестать листать ленту, забыть обо всём остальном и просто смотреть. Именно это происходит каждый раз, когда я слышу, как он играет. Это не кажется далёким или старомодным, какой я всегда себе представлял классическую музыку. Это кажется живым, интенсивным и удивительно эмоциональным. Если кто-то вроде меня, кто никогда по-настоящему не слушал такую музыку, может так легко увлечься, думаю, это многое говорит о том, какой он артист."

"Horowitz revived. Listening and watching, everything natural - it's shocking. There is no trace of effort, yet every note is perfectly sculpted. He doesn't just play the music - he channels it, with a freedom and clarity reminiscent of the great masters. It's as if Horowitz himself were reborn, not in imitation, but in pure artistic essence."

Перевод с английского

"Воскресший Horowitz. Слушаешь и смотришь — всё естественно, это потрясает. Ни следа усилия, и всё же каждая нота идеально вылеплена. Он не просто играет музыку — он пропускает её через себя, со свободой и ясностью, напоминающими великих мастеров. Словно сам Horowitz родился заново — не в подражании, а в чистой художественной сути."

"Farcossà is not the talented young pianist or the good performer, he is something more, something creative, imaginative and demonic... his expressiveness, in my opinion, today has no comparison., despite his young age he is one with music, to listening to him you would never think that such maturity can spring from a twenty-year-old, he is an artist with a capital A, who through composers of any era transmits the fifth essence of pure art"

Перевод с английского

"Farcossà — это не талантливый молодой пианист и не хороший исполнитель, он нечто большее, нечто творческое, наделённое воображением и демоническое... его выразительность, на мой взгляд, сегодня не имеет себе равных; несмотря на юный возраст, он одно целое с музыкой; слушая его, никогда не подумаешь, что такая зрелость может родиться у двадцатилетнего. Это артист с большой буквы, который через композиторов любой эпохи передаёт квинтэссенцию чистого искусства"

"His sound is the "old masters sound," the feelings are the same. The touch, the depth, the control - it all evokes a timeless elegance that is rarely heard today. There's a sincerity and wisdom in his playing that speaks beyond his age, echoing the nuances of pianists from a bygone golden era."

Перевод с английского

"Его звук — это «звук старых мастеров», чувства те же. Туше, глубина, контроль — всё это вызывает в памяти вневременную элегантность, которую сегодня редко услышишь. В его игре есть искренность и мудрость, выходящие за пределы его возраста и перекликающиеся с нюансами пианистов ушедшей золотой эпохи."